Тигриное прошлое

Интересно, как относились к окружающему миру люди, жившие в этих краях много-много лет назад? Углубившись в историю, мы нашли много интересных фактов, которыми готовы сегодня поделиться.

Конечно, аборигены Приамурья и Приморья не знали таких слов и выражений, как экология, заповедник, среда обитания, исчезающий вид и многие другие. А их особое, трепетное отношение к природе было основано на страхе и непонимании происходящего. Хотя окружающее чаще пугало, чем восхищало, люди пытались жить в мире и согласии с природой. Они выделяли для себя значимые фигуры, которым поклонялись и, которые, по их мнению, должны были помогать в беде и защищать. Интересен тот факт, что разные народности на протяжении не одного столетия поклонялись, кому бы вы думали? Тигру!

Тигра считали животным сверхъестественным и мудрым, его обожествляли. Изображения священного зверя были найдены на стенах дворцов и храмов, в фанзах и хижинах. Повсюду, особенно в лесах, в честь тигра люди устраивали кумирни, где в молитвах просили у него пощады и милости.

Некоторые народы Приамурья верили, что тигры, подобно людям, образуют своего рода социальную общность: они живут в собственных городах или деревнях. Так, например, представители малых народностей Дальнего Востока – нивхи, считали тигра особой породой людей, так называемыми «людьми-тиграми». Они считали, что тигра не только нельзя убивать, но ему нужно постоянно оказывать знаки особого почтения: кланяться при встрече с ним, обращаться с приветствием и т.д.

Культ тигра был сильно развит у удэгейцев, нанайцев, орочей, эвенков. Его изображали как бога на бумаге или ткани (онгоны), на шаманских атрибутах, вырезали на берестяных коробках, вышивали на одежде цветными нитками, делали из дерева, сухой травы и металла сэвэны (амулеты, обереги), которые носили на шее или держали у изголовья, чтобы обезопасить себя от козней злых духов.

Главной причиной, заставившей предков удэгейцев и других тунгусо-маньчжуров изображать тигра, являются пережитки тотемизма, отражающие родственные связи. Бикинские удэгейцы считали, что от тигра произошел род Канчуга. Позднее этот тотем распространился и на другие роды удэгейцев. Надо отметить, что пережитки тотемизма сохранялись вплоть до недавнего времени.

Кстати, слово «тотем» - не латинское и не греческое. На языке индейцев североамериканского племени Оджибе оно означает «его род». Тотемизм – это древнейшая форма религии, суть которой заключалась в представлении о родстве людей с тотемами – видами животных, давших начало тому или иному роду или племени.

У удэгейцев есть поверья, которые основываются на вере людей в родство с тигром (и медведем). Удэгейцы считали тигра своим священным предком и оказывали ему особое внимание. Они искренне верили, что дух предка в образе тигра Куты Мафа постоянно сопровождает человека и оказывает ему помощь. Считалось, что тигр мог выступать не только как добрый, но и как злой дух Амба, который мог появляться перед человеком в любом образе. Это могли быть образы птицы (амба гахани), человека (амба нии), животного (амба буани) и т.д.

Если голодный или больной тигр нападал на собак, домашний скот или человека, то считали, что тигр «сошел с ума», то есть вышел из-под влияния бога лесов Онку или превратился в злого духа Амбу. Такому тигру объявлялась кровная месть. Закон кровной мести существовал вплоть до 30-х годов ХХ столетия. Он распространялся не только на людей чужого рода, но и на тотемных животных. Этот факт свидетельствует о том, что люди далекого прошлого не делали различий между человеком и тотемным зверем, поэтому тигр, как и человек, должен был сполна получить наказание за свое «преступление».

После погребения погибшего родственники приглашали к себе в дом шамана, которому рассказывали, как тигр убил человека. Шаман на протяжении ночи совершал определенные обряды в юрте погибшего и в лесу на поляне, где его сопровождали родственники погибшего и знакомые. И в заключение обряда шаман предлагал собравшимся нанести роду тигров отмщение, чтобы больше с той и другой стороны не было недоразумений. По знаку шамана удэгейцы бросали в травяное чучело тигра (фуданку) принесенные с собой копья.

На этом месть прекращалась. Удэгейцы шли в тайгу к специальному дереву (сангия мафа) с треугольной зарубкой у основания и, помолившись богу лесов Онку, говорили: « Виновник наказан, кровная месть прекращается, и люди желают снова жить в мире и согласии с родом тигров». Затем все возвращались к юрте погибшего, и шаман уже играл роль судьи (манга), помирившего людей и тигров.

Даже в наше время удэгейцы утверждают, что на ночь нельзя вспоминать и говорить о тигре, предписывая ему сверхъестественные способности и называя его царем зверей – Буи адзани. Они считают, что в реальной жизни тигр Куты Мафа является перед человеком в облике зверя, а во сне он обычно приходит в образе старой женщины или пожилого человека (к нанайцам – в виде седого старика, одетого в богатую одежду).

Случайная встреча с тигром в тайге была предупреждением со стороны зверя об опасности или неудаче во время промысла. Поэтому, чтобы предотвратить нежелательную встречу, удэгейцы, также и орочи, приметив след зверя, сворачивали в сторону. Но если встреча была неизбежна, охотники бросали оружие, низко кланялись и произносили молитву: не оставлять семью без кормильца, продовольствия и оказать помощь в охоте. Если тигра встречал удэгеец из рода Канчуга, то он становился лицом к зверю, чтобы тот мог узнать своего «потомка» (аналогично поступали нанайцы из рода Актенка и орочи из рода Еминка).

Считалось, что тигр не только оказывал помощь охотникам, но нередко и сам нуждался в ней. В фольклоре бикинских удэгейцев говорится, что однажды к жилищу пришел тигр с большой занозой в лапе. Люди вытащили занозу и отпустили зверя. Ночью им приснился тигр, который сказал: «Пусть хозяин сделает из занозы мое изображение и вспоминает обо мне в трудные минуты», т.е. тигр велел хозяину хранить занозу как амулет. А в легендах у нанайцев тигр разрешал доедать остатки его добычи или убивать раненного им зверя.

В другом фольклорном повествовании бикинских удэгейцев рассказывается, что во сне к старейшему рода Канчуга пришла старая женщина и попросила его кормить и оберегать её детей, пока она будет залечивать раны. Старуха сообщила, где находятся её дети. Когда старый Канчуга пришёл на это место, он обнаружил двух тигрят. Удэгеец постоянно кормил тигрят свежим мясом. Через три месяца во сне к удэгейцу вновь пришла старуха и сказала, что вернулась на своё место, поблагодарила за заботу о её детях и сказала, что с этой минуты род Канчуга может брать добычу тигров, хотя по обычаям удэгейцев подбирать животное, убитое тигром, запрещалось. Нарушение запрета расценивалось как воровство.

По обычаям удэгейцев тигра нельзя преследовать, нельзя и стрелять по зверю, иначе тигр будет мстить этому охотнику. Но если всё-таки были случаи, связанные с убийством тигра человеком или человека тигром, то место, где тигр был убит человеком или был найден мертвый тигр, считалось запретным. На этом месте люди никогда не охотились, не собирали ягоду, а, заметив условные знаки, указывающие на запрет, обходили его стороной. Точно также остерегались мест, где человек был убит тигром.

Отношение к тигру как к человеку особенно ярко проявлялось во время погребения зверя. Иногда тигр мог попасть под самострел, установленный на крупного зверя, или быть битым из огнестрельного оружия по оплошности охотника. В том и другом случае удэгейцы (и орочи) хоронили тигра в специальном срубе (сактама), установленном на четырех вертикальных стойках. Внутри сруба делали подстилку из мягких стружек (куаптэля), которыми затирали кровь зверя. На них же и укладывали мертвого тигра. Сруб сверху закрывали берестой и жердями. Шкуру с тигра снимали. В виде «штрафа» (байта) в углу сруба, у головы зверя, вешалась белая чистая тряпка. Здесь же вешались и длинные стружки (куаптэля), означающие, что здесь лежит мертвый сородич. По сторонам сруба на деревьях делались затески, для удэгейцев они служили приметой – местность запретная.

А вот орочи, например, в отличие от удэгейцев, хоронили тигра в одежде. Надевали штаны, халат. На задние лапы обувь (унгта), на передние – рукавицы, на голову – шапку. Зимой обряжали в летнюю одежду, а летом – в зимнюю. Клали на правый бок в амбарчик, сверху закрывали брёвнами. Были случаи, что после похорон тигра «убийца» (преимущественно из нанайцев) во сне видел седого старика, который обращался к человеку с такими словами: «Зачем ты убил моего сына? Ты не должен был смотреть на него, а завидя вдали, должен был поклониться ему до земли».

Многие исследователи Дальнего Востока не зря указывали похожие представления о тигре у удэгейцев, нанайцев, орочей, ульчей, маньчжуров, чжурчженей, эвенков. Это благородная «полосатая кошка» оставила заметный след в духовной и даже материальной культуре древних народов. Это был один из главных образов искусства.

И очень часто, обращаясь к мифам, легендам, древнейшим верованиям, мы можем обнаружить корни экологических идей, к которым так необходимо вернуться человечеству, попытавшемуся встать над природой, и не думая о расплате за свои поступки. Современному человеку стоит поучиться у своих предков тому отношению к окружающей среде, той чуткости, уважению и почтительности, которые были присуще им. Иначе вскоре мы будем наблюдать того же тигра только на карте звездного неба.

Ольга Арифулина ФГУ «Сихотэ-Алинский заповедник»

По материалам издания «Свежий Ветер»

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями:

Комментарии: