Опасно ли летать на самолёте?

На таком, как летела моя знакомая с сыном в Гималаи, пожалуй, да! А вы бы рискнули пережить такое:

Обычно я не боюсь летать. Но что касается полёта на Гималаи (в Луклу) из Катманду, — здесь у каждого сдадут нервы. В бессонную ночь в голове вертелись разные беспокойные мысли: о том, что самолёты здесь падают через каждые восемь месяцев, хотя последняя катастрофа, в результате которой погибло 19 человек, произошла всего лишь 8 недель назад (и можно было бы подумать, что вероятность разбиться сейчас у нас не большая), мысли и о предстоящих подготовках к подъёму на Эверест.

Аэропорт в Катманду очень старый и не вызывает доверия. Вижу беспорядочные кучи багажа и грузчиков без всякой униформы стоящих у ленты багажа. Кроме два табло с вылетами, электроника здесь отсутствуют. Уличные собаки, разгуливающие за зданием аэропорта придают местный калорит обстановке, хотя в 6 утра, вряд ли есть настроение наслаждаться этим. В аэропорту меня и моего сына раздражает запах мочи, непонятно правда человека или животных.

Самолёты в Луклу постоянно вылетают с большой задержкой. Лукла является отправной точкой для большинства маршрутов на Эверест. Расстояние до Луклы маленькое, менее, чем 500 метров, но проходит через горные и долинные местности, и пока небо не будет кристально чистым для 25 минутного полёта, лётчики никуда не полетят.

Этим утром похоже ещё ни один самолёт не вылетел из аэропорта Катманду. Наверно технические проблемы. Время идёт, и идёт. Тут объявляют сразу три рейса на Покхара (Непал). Затем объявляют первые три рейса в Луклу, все в одно время. Затем они отменяют все рейсы в горы.

И после этого объявляют наш рейс! Все 14 пассажиров на разные рейсы нервно сгребаются в автобус.

Twin Otter - турбовинтовой пассажирский самолёт канадского производства - очень маленький, дальность его полётов не более 1700 км. Впервые его начали выпускать в 1965 году и я даже думаю, что наша машина того же года выпуска.

Мы, нервно посмеиваясь, поднимаемся на борт самолёта. Садимся. Сидим. Заходит человек и садится за штурвал самолёта. Три девушки поднимаются на борт и стоят.

Девушки звонят по мобильному. Приводят ещё двоих человек, и нас оказывается восемь человек на борту, не считая пилотов.

Работник снова звонит и что-то выясняет. Сосед объяснил мне, что мы ждём очереди на вылет, из-за большого количества вылетов.

Нас не пускают выйти за двери, которые как и трап, ведущий на самолёт, кажутся очень хрупкими. Это хороший знак, говорит мой сын, с сарказмом. «Дверь не выдержит веса более одного человека».

Я пытаюсь не смотреть на резиновые ремешки, которые поддерживают дверь.

Я смотрю на потолок самолёта — в некоторых местах отсутствуют крепления. Я касаюсь своей индивидуальной лампочки, она тут же вываливается. О боже! Надеюсь они заботятся о зап.частях самолёта лучше, чем о его внешнем виде?!

Мы летали в одном салоне с козлами в Мавритании, когда мне было 19 лет, и у меня были железные нервы. Я летала на маленьких самолётах в Индонезии, на самолётах китайской авиалинии, которая периодически теряет свои самолёты и пассажиров, а также на маленьких самолётах в Борнео. Но этот самолёт был самым разваливающимся из всех, что я имела честь летать.

У нас есть стюардесса! Она раздает конфеты.

Мы рулим к месту, где только что стоял самолёт, который взлетел. Похоже настала наша очередь. После взлёта, я настолько почувствовала облегчение, что мы уже в воздухе, что забыла испугаться. Я подумала, что остались какие-то 25 минут, посмотрела вниз.

Слева открылся очень красивый вид на Гималаи. Поистине красивый. (Если когда-нибудь полетите в Гималаи — садитесь слева).

Небольшой крен, который даже не почувствуешь на большом самолёте, здесь ощущается так, что кажется, мы сейчас перевернёмся и упадём вниз.

Вероятно в горах есть несколько интересных термальных источников, думаю я, когда мы летим над Гималаями и зелёными долинами у подножий холмов. Над первым холмом мы резко снижаемся где-то на 6 метров.

У меня и девушек сидящих передо мной вырывается немой вопль ужаса. Ещё 15 минут, думаю я. Всего лишь 15 минут.

В сезон в Луклу совершается по 10 рейсов в день, и вряд ли они имеют потери.

Дверь в пилотскую кабину, похоже, отсутствует, поэтому мы хорошо видим то, что перед глазами пилотов. Вот большие кровавые горы, мне они кажутся намного ближе, чем должны быть.

В этот момент, я вспомнила, что читала статью про то, как самолёт врезался в вершину горы, хвост отвалился, а с ним и ряды кресел, пассажиры упали в пропасть.

Сейчас мы тоже находились в хвостовой части. Но внезапно в окне иллюминатора показались дома. Почти на нашем уровне. Похоже мы приземляемся. Шасси дотронулись до земли.

Мы, наконец, останавливаемся. Примерно в 30 метрах от нас здание терминала. Что при посадочной полосе длиной всего 500 метров довольно рискованно. Добро пожаловать в аэропорт Tenzing-Hillary!

После всплеска аплодисментов нашим пилотам с феноменальными способностями, мы спускаемся, пошатываясь, на бетонную площадку к встречающему нас гиду, который держит в руках табличку с моим именем.

И только позже я подумала, что за весь полёт не слышала ни одного слова, сказанного по рации командиром или вторым пилотом наземным службам.

Сайт о всех приключениях моей знакомой  в Гималаях(на англ. яз) - http://www.escapeartistes.com/

 

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями:

Комментарии: