Дикие племена Новой Гвинеи

    О том, как открыли загадочную долину в новой Гвинее с дикарями-канибалами, ведущими первобытный образ жизни в Новой Гвинее, в 1945 году писали статьи все газеты. Потом это дело забылось, и всплыло на поверхность только с появлением полу документальной книги Митчелл Зукофф «Затерянные в Шангри-ла», в 2011 году ставшей бестселлером.

    В годы американско-японской войны, на территории Новой Гвинеи (часть которой принадлежала Голландии) военные американские лётчики с воздуха обнаружили широкую долину сказочной красоты, населённую странными полуобнажёнными аборигенами. Вот только попасть в эту долину никак не было возможным — высота гор и отсутствие взлётно-посадочных условий не позволяла посадить самолёт. Да никто особо не желал стать первой добычей каннибалов. Поэтому стали смотреть на них сверху, устраивая развлекательные экскурсии и опуская самолёт до максимально позволительного уровня. Так что можно было разглядеть домики, людей, поля сладкого картофеля и живность.

    Красавица Маргарет Хастингс и еще 23 пассажира, поднимаясь на борт пассажирского самолета «Си-47», ожидали насладиться захватывающимися видами горных джунглей Новой Гвинеи, а также, увидеть в окно первобытное племя туземцев. Никто из пассажиров не мог подумать, что путешествие обернётся катастрофой, а трое выживших смогут познакомиться лично с образом жизни туземцев и испытать все трудности выживания в диких условиях.

    В главной долине жило около шестидесяти тысяч туземцев. И племя было правда удивительным. Они украшали себя ожерельями и перьями и считали, что луна -это мужчина, а солнце — его жена. Они верили, что солнце днём проходит по небу, проводит ночь в священном месте, а потом уходит под землю, чтобы утром снова начать свой путь. Они боялись духов предков, но поклонялись богам. Они нежно относились к детям, но отрезали девочкам пальцы в честь умерших родственников. Свиней они считали членами семьи — женщины даже иногда кормили поросят грудью. И при этом они безжалостно забивали их при необходимости. У них царила полигамия, но мужчины и женщины всегда спали порознь. Причём, после родом женщина в течение 5 лет соблюдала воздержание.
   Туземцы жили в небольших деревнях, обнесённых мощными оградами, свиней держали прямо в доме, как собак. Вождь был военачальником, который объединял под своим командованием несколько деревень. Разные кланы внутри одного племени часто враждовали между собой, как и между другими  сообществами-союзами дикарей. Именно вражда между союзами определяла жизнь туземцев. Предки твердили им, что война — это моральное обязательство и потребность жизни. Причём, они воевали не за землю, не за богатство и не за власть. Никто из них не собирался истреблять или завоёвывать соседей, никому не нужно было защищать свой образ жизни или менять убеждения своих врагов. Убеждения и верования у всех обитателей долины были одними и теми же. Никто не считал войну неизбежным злом, результатом неудачных дипломатических усилий или нарушением желанного мира. Ни одна из сторон не ждала мира. Война просто никогда не кончалась. Война была наследством каждого местного ребёнка.
    Когда человек погибал на поле боя, его родственники старались умилостивить его дух. Для этого нужно было убить члена вражеского племени — мужчину-воина, женщину, старика или даже ребёнка. Это могло произойти на поле боя, или на поле сладкого картофеля. Пока дух не будет умиротворён, живым не дождаться покоя, их будут преследовать несчастья. Умиротворение предков-призраков было не единственной причиной войны. В изолированной долине, где достаточно еды и воды, где люди отличались крепким здоровьем, где не было смены времён года, и ничего не менялось, война являлась основным развлечением и поводом единения людей. Она удовлетворяла потребность в празднике. Погребальные ритуалы порождали обязательства и долг, возникали общие воспоминания.
    Характер войны был столь же необычен, как и принципы. Бои начинались с отправки приглашения: враги должны были встретиться на нейтральной территории. Если враг уклонялся, все расходились по домам. Бой продолжался только днём, чтобы злонамеренные ночные духи не могли прийти на помощь той или иной стороне. В плохую погоду война прерывалась, так как дождь смывал боевую раскраску. Боевой клич напоминал крик местной птицы, после чего туземцы кидали в противника стрелы. Когда боевые действия прекращались, воины отдыхали, пели, болтали друг с другом. Они знали все детали жизни своих врагов и обменивались оскорблениями через линию фронта. Иногда обе враждующие стороны покатывались со смеху. А потом туземцы брали свои копья и снова начинали гоняться друг за другом. Война — была туземным способом хорошо провести время, правда с вероятностью получить травму или погибнуть.
Опытные воины со статусом имели больше жён.
    Девочкам же война обходилась недёшево. Каждый раз, когда на войне погибал кто-то из близких родственников, девочкам отрубали верхнюю фалангу одного или нескольких пальцев. К брачному возрасту девочка могла лишиться фаланг почти на всех пальцах. В деревне был мужчина, который специализировался на этом деле. Сначала он туго перевязывал девочке руку выше локтя, а потом сильно ударял камнем по локтевому отростку, чтобы пальцы онемели. Помощник удерживал руку девочки на доске, а главный исполнитель каменным топором отрубал фаланги пальцев с первого удара.
    Кроме войны жители строили хижины, сторожевые башни, выращивали овощи и сладкий картофель, ухаживали за свиньями, воспитывали детей, готовили еду. Свободного времени у всех было предостаточно.
    И когда американский самолёт потерпел крушение в джунглях, жители сразу заметили и выследили трёх выживших странных белых людей. И приняли их за небесных духов, которые по древней легенде обещали вернуться на землю. Это и спасло двух американских мужчин и одну женщину, которые 7 дней питались одними леденцами, а от травм и ожогов еле передвигались. Конечно, выжившие надеялись на помощь цивилизованного мира. Но прежде, чем их, наконец, через 5 недель доставили домой, затерянные в долине успели на языке жестов подружиться с местными, обменяться подарками, а позже и ходить к ним в гости. Кроме чудом выживших американцев, с аборигенами удалось пообщаться также двум врачам-филиппинцам, и десантникам, спустившимся на парашютах на помощь пострадавшим.
    Странно осознавать, но фотографии и дневники, которые вела выжившая в катастрофе Маргарет Хастингс, - последнее свидетельство обособленной жизни туземцев. Через несколько лет после первого осознанного контакта с дикарями, в долину стали всё чаще наведоваться вездесущие христианские миссионеры, обернув население в свою веру и привнеся в их мир частицы цивилизации.
    В наши дни жизнь аборигенов долины Балием на первый взгляд особенно не изменилась, но рядом появились довольно развитые города, где жители носят джинсы и футболки, а бывшие великие воины из долины слоняются по улицам города в традиционном полуобнажённом виде, выпрашивая у туристов деньги за фото. Становится немного грустно, словно скоро навсегда исчезнет, возможно, последняя первобытная культура.

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями:

Комментарии: